Назад к списку
20 июля 2021

При каких опухолях центральной нервной системы безусловно показана протонная терапия – наиболее передовой на сегодня, но очень дорогостоящий метод лучевого лечения, а когда можно ограничиться рентгеновскими лучами? С чем не могут справиться широко распространенные фотоны, и в лечении каких пациентов абсолютно незаменимы протоны? Об этом рассказал заведующий отделением Протонной терапии Медицинского Института им. Березина Сергея (МИБС) к.м.н. Николай Андреевич Воробьев в докладе, представленном на онлайн-конференции «Падающий пациент-XII. Нейропсихиатрические нарушения».

Свое выступление о различиях современных методов радиотерапии Николай Андреевич завершил кратким резюме: «Если мы говорим про Гамма-нож, то это пациенты с новообразованиями небольшого размера. Это могут быть менингиомы, невриномы, шваномы, метастазы злокачественных опухолей, аденомы гипофиза, - до 3 см в диаметре, при которых можно использовать однократное высокодозное облучение. Кибер-нож лучше использовать при опухолях большего объема, когда нам нужно поделить облучение на несколько сеансов, или когда есть необходимость облучать очаги в спинном мозге. Наконец, протонная терапия – совершенно уникальная методика, которая позволяет облучать опухоли центральной нервной системы (ЦНС) любого объема, когда требуются длительные курсы лучевой терапии, 5-6-недельные, когда мы вынуждены облучать головной и спинной мозг полностью».

«И, конечно, протонную терапию должны получить все дети с опухолями ЦНС», - подчеркнул Воробьев. Видеозапись лекции для врачей можно посмотреть здесь.

После доклада одна из устраителей конференции, Надежда Юрьевна Королёва, заведующая центром эпилептологии, неврологии и видео-ЭЭГ мониторинга Института Мозга Человека им. Н. П. Бехтеревой РАН, взяла небольшое интервью.

- Николай Андреевич, огромное спасибо за блестящую лекцию: она была информативной, я думаю, не только для неврологов, но и для нейрохирургов, онкологов России. У меня такой вопрос, может быть , он покажется провокационным, в отношении Жанны Фриске. Я знаю, что протонный центр в Санкт-Петербурге был организован в 2018 году. К сожалению, Жанна умерла в 2015 году. Если бы этот центр был открыт раньше, скажите, пожалуйста, могли бы вы помочь Жанне Фриске и, может быть, ее спасти?

- Спасибо за вопрос. С глиобластомами все обстоит достаточно непросто. И протонная терапия для таких пациентов может иметь преимущество, только если мы говорим об облучении опухолей достаточно большого объема, которые невозможно облучить с помощью стандартной (фотонной) лучевой терапии. Во всех остальных случаях эффективность протонов при глиобластоме нельзя сказать, что выше, чем при традиционной лучевой терапии: дозы лечения те же самые 60 Гр, и потому мы вправе ожидать такую же эффективность. Но если речь идет об опухоли большого объема, с распространением на обе гемисферы, с вовлечением различных отделов головного мозга, то протоны действительно могут иметь преимущество.

- Учитывая таргетность протонов и меньший процент появления вторичных опухолей при протонной терапии, я думаю, в ряде случаев это лечение может помочь таким пациентам?

- Безусловно, это может иметь значение, и для пациентов с глиобластомами, и, возможно, в большей степени – для пациентов с менее злокачественными опухолями: астроцитомами, менингиомами. Потому что облучение в итоге выполняется более аккуратно, лучевая нагрузка существенно меньше, при этом объем опухоли, который мы можем облучить, существенно больше.

- Недавно мы видели пациентку в Институте мозга человека с распространенной менингиомой, которая захватывала два полушария. Такое массивное по оболочкам распространение. Мы направили ее к вам, на протонную терапию. Скажите, пожалуйста, есть шанс у этой пациентки?

- Шансы, без сомнений, есть, и вот здесь как раз протонная терапия может быть гораздо более полезна (чем фотонная), потому что не всегда при объемных образованиях мы можем на фотонах подвести требуемую лечебную дозу, и при этом вписаться в нужные ограничения по радиационному воздействию на здоровую ткань головного мозга. У протонов этих ограничений гораздо меньше.

- Еще важный вопрос. В каких случаях мы посылаем пациента на протонную терапию (естественно, после визита к онкологу), а в каких требуется направить сразу к нейрохирургу?

- Если нет морфологической верификации, то нужно получить консультацию и заключение нейрохирурга, в идеале – выполнить биопсию. Максимально нужно уменьшить количество ситуаций, когда мы облучаем без морфологической верификации и не знаем, с чем имеем дело. Потому что в конечном итоге это может выйти боком для пациента: те же злокачественные опухоли иногда требуют химиолучевого лечения, и об этом нужно знать заранее.

- Последний вопрос – маршрутизация пациентов. Как можно попасть в Санкт-Петербург в Центр протонной терапии? Что для этого надо сделать врачам и пациентам?

- На сегодняшний день попасть достаточно несложно, методика отработана. И попасть можно не только на протоны, но и на Гамма-нож, Кибер-нож. У нас есть сайт, ldc.ru, где есть раздел, в котором можно оставить информацию, прикрепив результаты МРТ исследований и заключения врачей. Наши администраторы обработают информацию, представят докторам, и в течение буквально 5-7 дней, максимум – 10-ти, мы определим, есть ли показания к лечению. Если есть, то администраторы созваниваются с пациентом, приглашают на лечение. Все организационные вопросы по оформлению квот отработаны максимально, это все несложно. На протоны квоты мы оформляем самостоятельно, все процедуры упрощены, чтобы пациенты могли быстрее получить помощь.

- То есть, пациентам, как из Санкт-Петербурга, так и из других регионов, не надо ехать к вам? Достаточно всю информацию выслать по электронной почте, и, если будет необходимость, вы пригласите на консультацию?

- Безусловно, в большинстве случаев мы можем принять решение дистанционно. Редко, в особо сложных ситуациях, когда надо на пациента посмотреть, поговорить, мы приглашаем его на консультацию. Но в большинстве случаев решение принимаем дистанционно и общаемся уже тогда, когда пациент приехал на предлучевую подготовку и планирование.

-Институт имени Березина является частным. Скажите, пожалуйста, такое высокотехнологичное дорогостоящее лечение пациенты получают бесплатно или за плату?

- Руководством Института была проведена большая работа, ( она ведется каждый год), чтобы мы имели возможность оказывать помощь пациентам по разным видам государственных квот. Это и квоты федеральные, это и индивидуальные контракты с департаментами здравоохранения Москвы, Санкт-Петербурга, с другими регионами, это работа в системе ОМС в том числе. Поэтому в большинстве случаев мы можем оказывать эту помощь за счет тех или иных государственных средств.

Видеозапись интервью можно посмотреть здесь

Назад к списку