Назад к списку
21 июля 2020

Семен Чуваков, 1 год 9 мес. Анапластическая эпендимома мозжечка и IV желудочка головного мозга

Семен Чуваков стал тысячным пациентом, прошедшим лечение в Центре протонной терапии МИБС. После хирургического удаления опухоли головного мозга по современному протоколу лечения необходим курс лучевой терапии. Для такого малыша протонная терапия является безальтернативным методом лечения.

Не упустили

Семен, веселый жизнерадостный малыш с огромными серыми глазами, растет в семье московских музыкантов Ульяны Котовой и Ивана Чувакова, и до полутора лет приносил своим молодым родителям только радость. Но в середине марта этого года внезапно прозвучал первый, еще невнятный сигнал тревоги: взрослые обратили внимание, что Сёма все время клонит голову набок. Врач в ближайшей детской поликлинике (а семейство на период пандемии решило «самоизолироваться» на даче в Подмосковье) не увидел в этом серьезной проблемы, прописал короткий курс нурофена, после чего малышу, вроде бы, стало легче. А через несколько дней у него началась рвота...

«Были все шансы упустить время: в поликлинике его уже начали лечить от кишечной инфекции. Но, по счастью, наш друг, врач, настоял, чтобы мы вернулись в Москву и сделали Семену МРТ головы», - рассказывает Иван, отец мальчика.

Пройти томографию в «ковидной» Москве оказалось непросто: врачи поликлиники поначалу отказывались направлять на исследование, ссылаясь на сокращение планового лечения из-за пандемии. Родители проявили настойчивость, и в конце концов вариант был найден – Семена в сопровождении мамы отправили на «неотложке» в Морозовскую детскую городскую больницу. Мальчика госпитализировали, немедленно провели МРТ и обнаружили опухоль в районе затылка. Хирургическая операция была проведена уже через три дня, и биопсийное исследование удаленной ткани показало – опухоль злокачественная, анапластическая эпендимома мозжечка и 4 желудочка головного мозга.

Анапластическая эпендимома - довольно редкий вид рака, на него приходится не более 10% опухолей центральной нервной системы. Причины их появления неизвестны, предположительно они связаны с генетическим сбоем: в клетках эпендимы, которые выстилают желудочки мозга и спинномозговой канал, внезапно запускается процесс бесконтрольного деления. Опухоль отличается агрессивностью и быстро растет, поэтому так важно приступать к лечению немедленно.

Семену, несомненно, повезло в том, что рядом с ним оказались умные и настойчивые взрослые: от первых признаков болезни до удаления эпиндемомы прошло всего около трех недель, и такой короткий срок, скорее, исключение из правил в историях онкологических больных. Опухоль удалось «перехватить» на ранней стадии, что значительно повышает шансы на выздоровление.

Только протоны

В соответствии с современными протоколами лечения онкологических заболеваний, после хирургического удаления опухоли и восстановления малыша в больнице следующим шагом должна была стать лучевая терапия. Лучи необходимы для полного избавления от патологических клеток, которые могли оставаться после удаления опухоли хирургом.

Однако детей до двух лет стараются не подвергать облучению фотонами: из-за особенностей подачи дозы радиации обычная (фотонная) лучевая терапия неизбежно повреждает здоровые клетки головного мозга на всем пути следования радиационных волн. Это чревато повреждением критически важных отделов головного мозга, и как следствие - замедлением психического и интеллектуального развития малышей. Другой опасностью является высокий риск возникновения вторичных радиоиндуцированных раковых опухолей в местах облучения через 10-15 лет после завершения лечения. Именно такие раки являются наиболее частой причиной смерти среди пациентов, прошедших радиотерапию в детстве.

Однако в мире, а с 2018 года – и в России, есть альтернативное лечение: лучевая терапия протонами оказывает гораздо меньшее негативное воздействие на растущие организмы, чем облучение фотонами. Протоны, заряженные ядра водорода, в силу своей природы доставляют дозу радиации непосредственно в цель – в точку тела пациента, определенную врачом. Поэтому ткани за пределами опухоли радиация не затрагивает, а на пути к мишени здоровые клетки облучаются намного меньше, чем при лечении традиционной (фотонной) лучевой терапией.

На лечение в МИБС

«Впервые о протонах мы узнали от врачей: нейрохирурги сказали, что в таком возрасте, а на тот момент Семену был год и семь месяцев, имеет смысл делать только протоны. Я стал собирать в интернете информацию, ее было не очень много. И дальше мы стали искать возможности приехать в протонный центр в Санкт-Петербург», - рассказывает Иван Чуваков.

Получить направление на лечение в МИБС оказалось не слишком сложно, благодаря заключению известного детского нейроонколога Ольги Григорьевны Желудковой. Лечение было оплачено из бюджета Москвы, где в 2020 году предусмотрены средства на финансирование протонной терапии для 100 пациентов.

Курс облучение протонами могли начать еще в конце мая, но врачам не понравилась нарастающая гидроцефалия – в голове ребенка скапливалась жидкость, которая сильно мешала мальчику. Семен стал вялым, слабел день ото дня, даже не мог ходить. В конце мая ему установили шунт, и состояние улучшилось просто на глазах – ребенок начал ходить, говорить, появился аппетит.

Наконец 3 июня началось лечение протонами. Семен и его мама оказались одними из первых обитателей новенького стационара протонного центра. «Мы были очень рады, что нас сюда госпитализировали: не надо ежедневно ездить на лечение, ребёнок не устает. Палата отдельная, комфортабельная. Внутри стационара и на территории есть все, что нужно для пациентов», - рассказывает Ульяна.

Малыш перенос лечение хорошо. По словам папы, в первые дни была небольшая тошнота, но врач прописал препараты – и все прошло. А к концу семинедельного курса (мальчику было назначено 33 фракции радиотерапии) по Семёну невозможно было сказать, что ребенок проходит сложное и длительное лечение: он хорошо ел, много гулял с папой и мамой, с удовольствием играл в доктора и в любимые машинки, и, не капризничая, сам шел на каждую процедуру.

Назад к списку